01:11 

.:: World Smiths ::.

Хочется не фигни поменьше, а годноты побольше.
Название: Кузнецы мироздания (World Smiths)
Фэндом: Omer et le fils de l’etoile
Жанр: приключение
Пары/персонажи: обо всём и обо всех, плюс оригинальные герои =)
Состояние: в процессе, глава 1
Отказ от прав: Омер принадлежит своим создателям. Но Вирус пинадледит мне, и фиг какой разраб это оспорит ;)
От аффтара: да, куча несостыковок с канонической версией. Да, имена персонажей у кого оригинальные, у кого англизированные – чисто по моему вкусу. И, знаете, меня это нисколечко не волнует. Наслаждайтесь =)

1. Идеальный план.

- …Первыми среди Пустоты зародились Звёзды. Невозможно сказать, где и когда они появились, ибо сами понятия «пространство» и «время» обрели смысл лишь на фоне этого знаменательного события. Три миллиона лет мудрые светила бороздили Вселенную, размышляя о Разумном, Добром и Вечном, холодным сиянием своим освещая друг другу путь. Так могло бы продолжаться всегда, если бы одна не очень большая и не слишком умная звезда вдруг не осознала бы, что ей уже порядком надоело три миллиона лет думать о трёх словах – по слову на миллениум - и ничего не делать. Огорошенная этим открытием звезда посчитала нужным немедленно сообщить о нём окружающим, в желтеющих от скуки головах которых дозревали такие же мысли. Звёзды посовещались немножко, всего лишь с полвека, и дружно решили заняться совместным творчеством. Коллаб, так сказать. Дело осталось за малым - ответить на извечный вопрос «что строить будем?»
- А давайте создадим большой огурец! – предложила одна звезда. – Он зелёный, в пупырышку, и это хорошо!
- Да не, - отозвалась другая. – Кто мы – великие светила или дачники с авоськами? Нам нужно что-то Разумное, Доброе и Вечное!
- А-а, ну тогда давайте сделаем Волшебников! – вставила не очень большая и не слишком умная звезда.
- Давайте! – подхватили остальные. И лишь две звезды остались в стороне от беседы. Это был звезда Ашот, которого обаяние звезды Авроры волновало больше, чем судьба мироздания, и, соответственно, сама Аврора, очень рьяно, но безрезультатно пытающаяся отшить приставучую звезду Ашота.
Итак, в назначенный час собрались все звёзды в центре Пустоши и выстроились в исполинский круг, направив лучи божественной энергии в его центр, где стали зарождаться волшебники. А тем временем звезда Ашот соблазнил-таки под шумок звезду Аврору, и у них тоже что-то там зарождалось…
Когда процесс создания волшебников завершился, мудрые светила устало вздохнули и, стремительно восстанавливая силы, принялись рассматривать свои детища. Двенадцать отборных первосортных душ, чистых, как алмаз – ну не загляденье ли? Да вот только картину портил тринадцатый волшебник, которого сотворили последним. Видимо, создатели неправильно рассчитали количество божественной энергии, нужной для всего процесса, и этому субъекту её явно не хватило, посему и вышел он каким-то кривым и неполноценным. Такой вот брак в производстве. С тоской смотрели на него звёзды, качали лучезарными головами и приговаривали: «Бедняга! С такой ригидной аурой точно не выжить, кирдык ему, мор, хана!» Так и прозвали волшебника – Морхан.
Шло время, и чем больше оно шло, тем сильнее убеждались звёзды, что если они, создавая волшебников, надеялись на порцию развлечений, то очень крупно просчитались, ибо волшебники эти занимались примерно тем же, чем и сами звёзды – медитировали в поисках мудрости. Даже доходяга Морхан, который на практике оказался гораздо активнее всех своих двенадцати сиблингов вместе взятых, вёл себя вполне прилично, если, конечно, не считать мелких шалостей типа попыток взорвать планетку-другую, взгромоздиться на комету Токая и ещё чего-нибудь в этом духе. Поэтому звёзды посовещались ещё раз и заключили, что было бы весьма недурственно научить Волшебников какому-нибудь мелкому фокусу. Цивилизации создавать, например…
А у звёзд Ашота и Авроры подрастал сынок. Хороший такой ребёнок, не проблемный: с первого раза уяснил, что «астероиды детям – не игрушка», пальцы в чёрные дыры не совал, лунами в мячик не играл, говорил только приятные вещи и вообще во всём родителей слушался.
- Знаешь, Ашот! – как-то раз сказала Аврора. – Пора бы нам уже придумать ребёнку имя, а то мне надоело звать его «голубоглазый блондин без штанов». Наш сыночек такой добрый, светлый, солнечный… Поэтому давай назовём его День!
И ответствовал ей звезда Ашот:
- Слющай, радная, да ти маладэц! Так пусть он будэт зватся Дэн!
Тем временем предприимчивые звёзды уже вовсю развлекались тем, что подначивали волшебников создавать разумную жизнь на разных планетах. А те и рады стараться – и синих карликов создадут, и жёлтых, и даже полностью волосатых! В общем, извращались ребята, как могли. Но всё-таки Разумное, Доброе и Вечное взяло верх в волшебничьих душах, и послали они в Космос программу следующего характера: пускай, мол, все те существа, которых они до этого бездумно настругали, в результате естественной эволюции придут к единому образцу внешности. Оным образчиком стал Дэн, потому что он добрый, светлый, солнечный и всё такое. Или потому, что он был единственным из небожителей, кто не являлся сгустком энергии. А для того, чтобы программа не сбилась, звёзды попросили земного мудреца Ома высечь на скале лик сына Звёзд – прототип будущего человечества. Нужно отметить, что здесь светила поступили крайне опрометчиво. Во-первых, заставить тщедушного старика, который всю свою жизнь провёл в медитации и поедании низкокалорийной вегетарианской пищи, заниматься тяжёлой физической работой – не самый надёжный способ выполнить её качественно. А во-вторых, звёзды как-то забыли тот факт, что Ом слепой и увидеть Дэна не может. Поэтому что подсказало Ому его старое маразматическое воображение, то он на скале и высек. Так что скорее всего именно эти факторы и послужили причиной неверного хода прогресса на планете Земля, а никак не Морхан.
Да, кстати о Морхане. Несмотря на всю его активность и предприимчивость, тринадцатого волшебника продолжали считать неполноценным и запретили ему тратить свою силу на создание жизни. Поэтому когда у каждого из волшебников было уже по сотне собственных населённых планет, у Морхана не было ни одной. А ведь ему тоже хотелось реалити-шоу устроить! И вылилось это желание в то, что чародей, движимый жаждой мести, похитил Токая и оккупировал планету Земля. Там он наконец-то реализовал себя как творец – создал семь народцев, именуемых тарчами. Создавал чародей, как известно, в первый раз, а первый блин всегда комом. Ну да ладно, наша лекция не об этом. Сотворил, значит, Морхан народы и заманил к себе на землю остальных волшебников, после чего спрятал их среди земных обитателей. Чем заманил, спрашиваете? Морхан сказал им, что нашёл на Земле постер с трансформерами. Разве был у магов шанс устоять?! К слову, постер там действительно был, но только рваный, без нижней части, и, когда наш создатель, кроя материальную оболочку своей астральной сущности, стал им руководствоваться, то дальше шлема с имитатором речи и наплечных лат дело не дошло. Снизу так вообще как болталась какая-то несуразица, так и болтается. Что поделать, проблемы с фантазией у Морхана!
Звёзды, конечно, частично были благодарны магу-отступнику за ту перчинку, что он внёс в их однообразный быт, но где-то в глубинах их пресветлого разума ещё шевелился заросток совести, сладить с которым было очень проблематично. Светила понимали, что во всём произошедшем есть и их вина, посему им этот вагон и разгружать. А работёнка такая, надо отметить, нашим звёздочкам совсем не нравилась. В третий раз собрались все звёзды на совет – видимо, результаты двух предыдущих собраний так ничему их и не научили – и совместными усилиями нашли компромисс, на который согласилась их совесть. Нечего звёздному сыну в Космосе без дела простаиваться – пускай хлеб отрабатывает!
- Ты слышал, звезда Ашот? – заголосила Аврора. – Наш сын станет героем! Он избран освободить волшебников, победить Морхана и вернуть Землю на правильный путь!
- Дэн? – искренне удивился звезда Ашот. – Я ж гавариль тэбе: аддай его на каратэ, аддай! А ти што сдэлала?! Бальные танцы, харэаграфия, пляска Такая… Что он тэпэрь с Морханом дэлать будет – балэт танцэвать, Лэбэдинрое озэро?! Дэн наш тощий, как щервяк! Так что не смещи мой вадарод, не пабидит он.
- Это ты мой гелий не смеши! – обиделась Аврора. – Да наш сынуля – самый лучший на свете! Если не силой, то умом сразит он злодея!
- Умом, гаваришь? – не унимался Ашот. – Да ти его хоть раз с книжкой в руках видэла?!!
- Где, Ашот, где, я тебя спрашиваю, он найдёт в межзвёздном пространстве книжку?!!! У нашего сына природный ум!
В итоге наши звёзды совсем разругались и разлетелись по разным концам Вселенной. Любвеобильный Ашот отправился искать себе звёздочку посимпатичнее, а отчаявшаяся Аврора взяла курс на Землю, и целью её был именно тот остров, где мудрец Ом не так давно занимался скульпторской деятельностью. Сам же старец сидел на одном из камней в позе лотоса и размышлял над вопросами, ответы на которые не знает даже Вечность – если людей на Земле ещё быть не должно по определению, то какого лешего он, Ом, здесь делает?!! (Конечно, у него были кое-какие мыслишки на счёт супружеской верности звезды Ашота, но в силу своей доброты Ом отмёл их как кощунственные). И где ему в таких условиях найти нормальную подружку, от которой не рождаются дети с рыбьими хвостами?! Как раз за этими размышлениями и застала его Аврора.
- О, мудрец! – обратилась к старцу звезда. – Мне нужен твой совет. Сына моего, Дэна, избрали вершить великие дела, но муж мой считает, что он тощий, как червяк, и в голове у него вместо мозгов космическая пыль! Что же ему делать?
Призадумался Ом немного, а потом ответил:
- Знаешь, Аврора, а ведь всё познаётся в сравнении. Поэтому я пошлю твоему сыну в напарники настоящего червяка, и на его фоне Дэн не будет выглядеть таким задохликом. Вторым помощником Дэна станет мудрая птица, которая скомпенсирует недостаток его мозгов. И ещё в течение всего земного пути я буду посылать к нему разных одарённых зверей и птиц, у которых можно чему-нибудь научиться, так что отпрыск твой будет получать образование спасителя Человечества, можно сказать, не отходя от кассы. Поэтому смело отправляй его в путь, Аврора! Дэн никогда не останется без моей поддержки, это его судьба – спасти род людской, да и дочь моя в невестах засиде… не важно. В общем, не волнуйся и доверься мне!
Таким образом, дорогие мои дети, мы и оказались в ситуации, которая… в общем, которую мы имеем сейчас. У кого-нибудь есть вопросы? - Двадцать маленьких жёлтых существ отрицательно замотали лопоухими головами. – Тогда, 6-Б класс, урок истории окончен, все свободны! Потрудитесь подготовить на завтра доклад о роли Морхана в жизни мокуэров и не забывайте, что сладкая вата и мармелад дешевле в киоске на Смайл Стрит, а дискотеки работают до пяти утра!
Проследив за тем, чтобы последний выходящий шестиклассник не забыл закрыть за собой дверь, пожилой профессор Шутт мельком оглядел классную комнату на предмет позабытых учащимися приспособлений для пакостных розыгрышей и, удостоверившись, что таковых нет, наконец, обратил внимание на двух приезжих студентов-практикантов, чьей будущей профессией станет преподавание истории. Насколько помнил профессор, это был первый раз, когда историческое отделение единственного мокуэрского учебного заведения распахивало свои двери юным пирентийцам. Хотя, ничего удивительного в этом нет: головастый народец максимум внимания уделял точным наукам, где всё можно измерить и рассчитать, а гуманитарные направления оставлял в стороне. Пожалуй, Шутт и сам мог припомнить несколько случаев, когда члены учёного совета его родного народа валялись по полу от смеха, обсуждая документы пирентийских новейших разработок, где громоздкие формулы, вычисления и чертежи были выполнены без единой помарочки, а сопроводительная документация кишела ошибками даже в односложных словах! Взяв себя в руки в последний момент, профессор не дал предательской смешинке просочиться сквозь седые усы и сосредоточил внимание на гостях.
- Страйкер, Саламандер…
Услышав свои фамилию и имя, пирентийский юноша встрепенулся и сделал лёгкий кивок головой. Кожа тёмная от загара, рельефные мышцы и лукавый взгляд исподлобья, в котором читалось всё, кроме интереса к прошедшей лекции. «Лоботряс… Сразу видно, лоботряс!» - заключил профессор. – «У меня на таких взгляд намётан. Ещё один Страйкер, значит… Наслышан, наслышан о вашей семейке! Только какого чёрта этого понесло в гуманитарии?»
- … и Серпенто, Скарлет.
Девушка оторвалась от огромного зелёного блокнота, в котором с реактивной скоростью истинной заучки делала какие-то пометки, и вперила взгляд в профессора. Рассмотрев пирентийку повнимательнее, Шутт невесело покачал головой. «Если у большелобого народца и есть какие-то стандарты красоты, то наша дамочка явно в них не вписывается», - заключил профессор. Чуть вытянутое лицо Скарлет было бледным и вместо обычного девичьего румянца имело болезненный серый оттенок, ещё сильнее бросающийся в глаза на фоне громоздких позолоченных браслетов на шее и предплечьях. Лишь глаза студентки можно было бы назвать красивыми за их необычный фиалковый цвет, если бы не оттенённые грязно-синим припухлые нижние веки, похожие на потрёпанные дорожные сумки. Катрину завершали огромные очки в уродливой квадратной оправе – очевидно, последствие сотен часов, проведённых в библиотеке.
- Ну как, молодые люди, вам понравилась лекция? – ради приличия осведомился Шутт, хотя был глубоко убеждён в том, что некрасивая девушка явно в восторге от его блестящего урока, а юноша, если его спросить, не сможет припомнить и темы занятия. Но ответа профессор так и не дождался: Саламандер с надеждой смотрел на Скарлет, а та демонстративно поджала губки, явно отказываясь говорить. Это немного насторожило Шутта, и он решил пойти другим путём.
- Тогда, может быть, кто-нибудь из вас хочет задать мне вопрос?
- Я хочу! – вымолвила Скарлет, медленно поднимаясь с места.
- Что ж, пожалуйста, задавайте, - вмиг просветлев, ответствовал Шутт. Но радовался он зря, ибо то, что прошептали бледные губки студентки, повергло его в шок.
- Что за херь Вы сейчас болтали?
- Что-что? – переспросил профессор, надеясь, что не так расслышал.
Судорожно схватив блокнот с парты, Скарлет в один прыжок оказалась возле учительского стола и шлёпнула по нему своими записями с такой силой, что подпрыгнувшая чернильница скатилась на пол и расплескала своё содержимое.
- Что. За. Херь. Вы. Болтали? – повторила девушка, делая акцент на каждом слове. – Я записывала каждое предложение, не выпуская ни одного. Это страницы с тридцать девятой по сорок третью, они пронумерованы. А на страницах со второй по восьмую сделана запись с оригинального исторического документа, находящегося в Святилище Морхана в нашем городе. Насколько мне известно, копии находятся в библиотеках всех остальных шести народов, и доступ к ним вполне возможен. Так почему же вы…
- Ах, ты про этот самый свиток! – сдерживая приступ хихиканья, выдал профессор Шутт. – Про тот, где сказано, что, мол, придёт на Землю Сын Звёзд и превратит четыре народа в людей?
- Да, про него, - прошипела Скарлет, зрачки которой опасно расширились. – А ещё там сказано, что наряду с превращением четырёх народов остальные семь исчезнут! Вы хоть подумали, какая ситуация может возникнуть, если преподносить детям такие серьёзные проблемы в виде шуточных историй?
- Вы бы, девушка, не судили о том, в чём не разбираетесь, - сказал профессор, покачивая головой. – Вам встречный вопрос: какая ситуация возникнет, если этого не делать? Не стоит забывать особенности психики мокуэров! Если перестать отпускать шуточки во время занятий, то классы в скором времени опустеют, а навевающие депрессию школы просто запретят! Таким образом, небольшая дезинформация действительно необходима в наших условиях.
- Но вы скрываете от детей страшную правду! – уперев руки в бока, не унималась Скарлет. – Не говорить о смертельной угрозе – это же настоящее преступление!
Профессор Шутт, которому уже начал надоедать этот спектакль с одним непутёвым перекачанным зрителем, закрыл глаза, сделал глубокий вдох и, стараясь не выходить из себя, продолжил столь эмоциональную беседу.
- А не бОльшим ли преступлением будет напугать детей до нервных тиков? Рассказать ученикам о проблеме – это значит не решить её, а превратить озорных мокуэрских детишек в кучку трясущихся троуллардов! И многого мы этим добьёмся? Нет! Наш народ встретит смерть с весёлой улыбкой на лице и вафлями во рту!
- Но что если среди этих детей есть тот, кто способен найти защиту от опасности, но просто не знает о её существовании?
- Слушайте меня, мисс, слушайте и не перебивайте. – Выпалил Шутт. – Если есть на свете тот, кому на роду написано спасти всех нас от неминуемого вымирания, то, поверьте мне, он сам найдёт свиток и прочитает его. Признайтесь, ведь в вашей академии его тоже не проходят.
- Это правда, я взялась за древний манускрипт лишь из собственного любопытства, но это совершенно не означает…
- Нет, означает. Означает то, что Вы, мисс, очень впечатлены содержимым свитка, но действовать самостоятельно у Вас смелости не хватает, и поэтому Вы стремитесь обнародовать содержимое документа и переложить проблему на чужие плечи.
- Чушшшшь, - угрожающе зашипела практикантка, чья кожа начала багроветь. Но старый профессор и не думал отступать.
- Коли так, докажите обратное.
- Тьфу! – и Скарлет, изящно схватив многострадальный блокнот, резко развернулась и гордо вышла из класса. В ту же секунду Саламандер вылетел за ней, промямлив на прощание то ли «извините», то ли «до свидания». И лишь после того, как стук каблучков деревянных гэта девушки перестал доноситься из коридора, профессор Шутт позволил себе от души расхохотаться.
Саламандер догнал её на выходе из школы. К этому времени в зубах у Скарлет уже дымилась сигарета, хотя предупреждающий знак на двери не считал это приемлемым. Не колеблясь ни минуты, юноша схватил одногруппницу за плечо.
- Да ладно тебе, Ска, не парься. Ты что ли реально повелась на провокацию этого хрыча?
Скарлет нервно дёрнула плечом, но этого было мало, чтобы освободиться от чужой ладони. Пришлось отвечать.
- Саламандер… Пусти. Мне надо идти. У меня созрел чёткий план действий, и я не хочу, чтобы кто-то его нарушал. Тем более такой бездельник, как ты, мистер «золотой мальчик».
- Ну, начинается! – протянул Саламандер. – Я же не жалуюсь, что нахожусь в самом огромном городе развлечений в мире в компании «книжного червя» и «синего чулка», который не пойдёт в ночной клуб даже под страхом сожжения библиотеки! Посмотри на себя: нам так отменно повезло с практикой, а ты ещё хнычешь! Помнишь длинноногую Снейки с экологического факультета, которая вечно красится, как на бал? Так её с обесцвеченной подружкой отправили к поллюрам! Представляешь, как они бегают от этих ящеров!
- Н-да, наверное, все ногти накладные отлетели. – Скарлет мгновенно просветлела. Чужие беды всегда вдыхали в неё новую жизненную силу и поднимали настроение. – Кстати, как ты определил, что я не пойду в клуб, если даже не пытался пригласить?
- Я так понимаю, это такое согласие на подразумеваемый вопрос.
Скарлет кивнула и спрятала открытую пачку сигарет во внешний карман короткого вишнёвого платья с сиреневым поясом-резинкой.
- Теперь ясно, зачем тебе одежда! – засмеялся пирентиец. – Чтобы всякую дрянь в карманах таскать!
- Заткнись, Саламандер. Одежда нужна, чтобы выглядеть более цивилизованно, чем окружающие тебя гамадрилы. Так-то, умник.
- Пошли уже, мисс цивилизация. Кстати, зови меня Сэл.

***
Прислушиваться к шёпоту его тревожных мыслей, улавливать самые незначительные перепады настроения, быть рядом в трудную минуту, помочь, поддержать… У неё всё это получалось так замечательно, будто было дано от рождения. Вот только Морхану было нужно совсем другое, и Веранда никак не могла понять, что именно.
- Ты чем-то взволнован? – робко спросила Веранда.
- Какая разница, ты ведь всё равно ничего не можешь сделать.
- Это из-за Сына Звёзд, да?
- Надо же, какая проницательность! – ирония в стальном голосе резала почище стилета. – Четыре волшебника освобождены. По-твоему, я должен быть счастлив?
- Но ведь алмаз-то у нас… И Токай всё ещё…
- Вон. Выйди вон, оставь меня.
Веранда ещё несколько секунд порассматривала спину своего возлюбленного, который даже не удосужился повернуться к ней лицом во время разговора, а потом вынеслась из апартаментов, вытирая ладонью влажные глаза. Поглощённая своими мыслями принцесса чуть не упала, столкнувшись с одним из своих слуг, караулящим её под дверью.
- Вы чем-то расстроены, госпожа? – пролопотал он.
- Какая тебе разница, всё равно ведь помочь не сможешь, - раздражённо отмахнулась от него Веранда.
- Это из-за Морхана, да?
- И как ты догадался?! – саркастически ответила принцесса. – Неужели ты думаешь, что можешь понять меня?! Да разве знаешь ты, что значит быть отвергнутым тем, кого любишь, делать для него всё, когда он не замечает тебя и принимает как должное твои старания и попытки сблизиться… Откуда тебе это знать… - И Веранда, отвернувшись, пошла прочь.
БигЭго лишь смотрел ей вслед, не решаясь вымолвить ни слова. А ведь он мог бы сказать принцессе, что понимает её состояние. Понимает как никто другой, потому что чувствует то же самое.

***
Первое впечатление от ночного развлекательного клуба мокуэров, куда решил пойти Саламандер, оказалось весьма противоречивым. С одной стороны, непринуждённая обстановка увеселительного заведения разгоняла мрачные мысли, одолевающие последнее время с утроенной силой. Но с другой стороны, пляшущий свет всевозможных оттенков и однотипная музыка, кувалдой долбящая по барабанным перепонкам – это вовсе не та среда, в которой заучка Скарлет может чувствовать себя уверенно. Поэтому юная пирентийка решила заниматься тем, что внушало ей ощущение твёрдой почвы под ногами – вести умные разговоры. Пытаясь перекричать попсовую музыку, Скарлет отчаянно втолковывала спутнику, что, имей их народ дружественные отношения с уликантами, на практику бы студентов посылали именно туда, и толку бы из этого выходило гораздо больше. В это время наследник Страйкеров, самых богатых в городе производственных монополистов, усиленно делал вид, что уликанты его интересуют гораздо больше, чем грудастая танцовщица на подиуме. Скарлет давно уже перехватила его взгляд и тоже оценивающе рассматривала плясунью-мокуэрку. Несмотря на бессмысленный рыжий парик, съезжающий в разные стороны во время танца, и грудь, превосходящую мечты всех парней с извращённой фантазией, девушка была довольно симпатичной, и пирентийка понимала, что эта дурёха будет смотреться рядом с Сэлом гораздо лучше, чем она, Скарлет. Что и говорить, Сэл – настоящий красавчик. Спортивная фигура, порочная ухмылка и завораживающие глаза – это уже что-то. Плюс ко всему, сиреневые пятна вокруг головы – довольно редкое украшение для их невзрачного вида. Но это ещё не всё, Сэл был наиредчайшей редкостью из самых редких. Центральное пятно на его лбу было неправильной, чуть зауженной книзу формы и имело две щербинки, что в совокупности делало его похожим на череп без глазниц. Девчонки-сокурсницы считали, что это невероятно круто, и тихонько повизгивали только от одного вида необычного пятна. Да что греха таить, если в те редкие минуты, когда Скарлет всплывала над толстенными фолиантами, её взгляд натыкался на Саламандера с этим его пятном, девушка тут же с плеском ныряла обратно в пучину знаний, прикрывая первой попавшейся книгой предательский румянец на щеках. Поэтому сказать, что хихикающая пустышка в рыжем парике, привлекшая внимание Сэла, раздражала её – значит, ничего не сказать.
Как только беспокоящая Скарлет девица скрылась со сцены, Саламандер предложил прогуляться. Скарлет охотно приняла приглашение.
Двери во всех увеселительных заведениях были звуконепроницаемые, поэтому ночные улицы города мокуэров являли собой воплощение спокойствия, в то время как в помещениях творился настоящий кавардак. Резкий переход к тишине оглушал получше дискотечной музыки, поэтому Скарлет не сразу сообразила, что прижата к стене. Сэл попытался поцеловать её в губы, но пирентийка увернулась. Все попытки освободить заломленные вверх запястья от болезненных объятий не приносили плодов: Саламандер был гораздо сильнее и с лёгкостью подавлял сопротивление.
- Пусти меня! – приказным тоном гаркнула Скарлет. Сэл никак не отреагировал. Только желание сделать что-то нехорошее, так легко читаемое в его глазах, окрепло и возросло.
- Пусти, или буду кричать, - куда более спокойным тоном сказала пирентийка. Логическое начало потихоньку стало подавлять зарождающуюся панику. Ведь если Скарлет и могла чем-то похвастаться, так это способностью при любых, даже при самых чрезвычайных обстоятельствах не терять ясности ума.
- И кто тебя усышит? – Искренне удивился Сэл. – Надеешься прорвать звуконепроницаемые стены и заглушить ор диджейской аппаратуры? Брось, Ска, я думал, ты умнее. Просто не мешай мне, а.
Тем временем девушка набрала полные лёгкие воздуха, но не для крика о помощи, а для снопа огненных искр. Впрочем, изрыгать пламя у неё никогда не получалось, зато Саламандер об этом не знал. Сообразив, что собирается делать жертва, парень инстинктивно освободил одну руку и прикрыл лицо ладонью, но, к величайшему своему удивлению, не ощутил ничего, кроме дыма. В ту же секунду освободившаяся от захвата когтистая ручка Скарлет расцарапала Саламандеру щеку.
- Сссстерва… - морщась от боли, зашипел пирентиец и тряхнул Скарлет так, что её голова ударилась о кирпичную стену. В ушах зазвенело (или это просто разбились упавшие с носа очки?), ноги мгновенно сделались ватными, а размытая картинка перед глазами поползла куда-то вверх и вправо.
- Ты знаешь, мне никогда не нравилось это платье, - прошипели ей в ухо. Усилием воли запрещая себе отключаться, Скарлет почувствовала, как сильная рука хватает её за пояс и тянет его вниз, а потом… Потом всё. Саламандер весь как-то обмяк и плавно стёк на землю, высвобождая девушку из своего захвата. Поборов слабость в ногах и головокружение, Скарлет нашарила на земле очки. К сожалению, целым оказалось лишь одно стекло, но и оно помогло превратить бесформенное жёлто-оранжевое пятно в ошарашенную девушку в рыжем парике, держащую пластмассовую бутылку с газировкой так, как держат дубинку.
- Спасибо, - бросила ей Скарлет и, перешагнув через Сэла, выпавшего за границы сознания, направилась вперёд. Мокуэрка засеменила за ней.
- И куда мы идём? – бодрым голосом спросила рыжая.
- Не знаю, куда идёшь ты, - в тоне Скарлет явно не хватало дружелюбия, - А я иду в замок Морхана.
- А зачем? – захлопала пушистыми ресницами нежеланная попутчица.
- Какая тебе разница, - грубо отрезал пирентийка.
- И это – благодарность?
- Я, кажется, скала «спасибо». Теперь что, по гроб жизни перед тобой пресмыкаться? Иди-ка лучше пляши.
- Да после сегодняшней самодеятельности меня точно с работы выпрут, - засмеялась мокуэрка. – И я хочу с тобой, к Морхану!
- Дурочка, зачем тебе туда? – с оттенком родительской заботы поинтересовалась Скарлет.
- Не знаю… Хочу – и всё! – И солнечная девица залилась громким жизнерадостным смехом, прыгая на месте и хлопая в ладоши.
- Назовешь мне хоть одну причину, по которой мне выгодно взять тебя с собой, - тогда валяй, оставайся.
- Ну… - после непродолжительного раздумья ответила экс-танцовщица, - Я могу обеспечить нам транспорт.
- Что, щедрый мокуэрский клоун подарил тебе одноколёсный велосипед? – съязвила Ска.
- Ну ты даёшь, подруга! – Сгибаясь от смеха, прохрюкала девица. – Да не, просто у меня есть один такой ухажёр…Обычно я от него прячусь, потому что… Потому что… Ну, в общем, он довольно отстойный, настоящий ботан, зато мозговитый – не передать. В прошлый раз в промежутках между любовной лирикой он что-то мямлил на счёт летательного супер-аппарата, который он самостоятельно собирает. И я сейчас подумала, а не нагрянуть ли…
В это время лимонад в бутылке, которой отчаянно жестикулировала девушка, вспенился, и давление выделяющегося газа возросло выше допустимого для целостности тары. Крышка выстрелила прямо в нос мокуэрки, а струя шипучей оранжевой жидкости облила её с головы до ног, чем заставила истошно завизжать. Зато созерцание чужого несчастья в который раз подняло настроение пирентийке.
- Ладно, кулёма, пошли к твоему поклоннику. Кстати, моё имя - Скарлет.
- Джестибелль, - представилась новая знакомая. – Можешь звать меня Джести, Джесси, Сисси, Белль, Белла, Джей-Джей и ещё…
- Ладно, Джести, пошли уже, - прервала её болтовню Скарлет, мысленно надеясь, что не пожалеет о спонтанных коррективах в великолепно отлаженном плане, давно уже созревшем в её беспокойной голове.

***
- Смотри, Омер! У нас сегодня особенный ужин! Хут решил научить меня готовить!
Омер взглянул на содержимое котелка чисто из соображений вежливости, потому что информация, которую преподнёс ему Ден, уже не являла червячку никакой новизны. Характерный запах «особенного ужина» он учуял ещё за километр от их нынешней стоянки.
- Нравится? – с надеждой спросил Ден своего маленького друга. – Может, попробуешь?
- Нет, что ты, ведь я… У меня… - На секунду червяк замялся, а потом быстро нашёлся. – У меня пост, до первой звезды нельзя!
- Обижаешь, Омер! Ведь я же – сын звезды! Увидел меня? Теперь ешь!
- Одну секундочку, Ден! Надо поговорить с Хутом.
Помахав ручкой неудачливому повару, Омер отвёл филина подальше от ушей звёздного товарища и зашипел на птицу почище ядовитой змеи.
- Ты что делаешь?! Отравить нас вздумал? Уж не по приказу ли Морхана ты подпустил Дена к готовке? – орал червяк, сопровождая слова отчаянной жестикуляцией.
- Тише, тише, мой юный друг, - поспешил успокоить его мудрый филин. – Во всём есть скрытый смысл. Сегодня я прочитал в дневнике своего деда, что леса на пути к городу торнеболлов просто кишат ночными хищниками, которые находят своих жертв с помощью обоняния. Вот я и решил таким образом перебить наш запах.
- А заодно и мой аппетит, - беззлобно буркнул немного успокоившийся Омер. Мысль о том, что уже поздний вечер, а они находятся как раз в одном из тех лесов, про которые так нелестно отзывался хозяин дневника, помогала червяку смириться, что жуткая вонь, исходящая от варева Дена, действительно необходима. Теперь ни одно нормальное живое существо, имеющее нос, ни за что к ним не сунется.
- Как же не хочется идти к этим торнеболлам, - вздохнул Омер, тихонько уминая провиант, припрятанный Хутом для «крайней нужды». (Филин тоже решил не говорить сегодняшнему повару, что они решили поесть отдельно). – Не считая того случая, когда нас хотели расщепить на молекулы, в предыдущих четырёх городах особых проблем у нас не было. А как дойдёт дело до народцев тарчей, чует моё сердце, начнётся настоящий беспредел…
- И не говори, - подтвердил пернатый. – Ещё и алмаз до сих пор у Морхана. Хорошо хоть звёзды послали Дену кристалл, это намного облегчает задачу. – Ладно, пойдём убедим нашего чудо-повара, что есть после шести очень вредно для звёздной ауры, да пора уже ложиться спать. До города лжецов ещё топать и топать, поэтому придётся встать пораньше.
- Да, ты прав, Хут. Вот только, боюсь, я опять не смогу уснуть. Как представлю, что Стелла сейчас в лапах Морхана – сердце кровью обливается!
- И Сирена тоже, так что Дену столь же нелегко, сколь и тебе, мой маленький друг. Но он мужается и не выказывает слабости. Вот и ты бери с него пример. Всё равно всенощным бдением Стеллу не спасти. Верно?
Омер посмотрел в сторону Дена. Сын звёзд носился вокруг котелка с варевом, как ненормальный, и периодически добавлял в «особенный ужин» всё новые ингредиенты, пригибаясь, если вдруг этот компонент вызвал булькающий взрыв. Червяк невольно улыбнулся. Когда он был избран помогать защитнику человечества, Омер представлял себе, что станет вассалом мускулистого воина, закалённого как минимум тысячей битв, который смеётся в лицо тьме и одним своим плевком посылает полчища адских монстров по прямому адресу. Поэтому увидеть ещё не окрепшего юнца, который чувствует себя на земле, вне своего звёздного мира, примерно так как, рыба, выброшенная на сушу, было настоящим шоком для червчка. Но этот юноша, далёкий от идеального бойца, как Хут от колибри, и порою делающий совершенно глупые и нелепые вещи, умел быть таким хорошим другом, какого не сыщешь и во всей Вселенной. Может быть, именно поэтому вопреки всякой логике Омер чувствовал себя рядом с ним как за каменной стеной, мгновенно успокаивался и больше ничего не боялся.

***
Джокстер оказался очень милым парнем. По крайней мере, по меркам Скарлет. Любой тарч, носящий такие же несуразные очки, как её собственные, вызывал у пирентийки определённую симпатию. Эта благосклонность усиливалась ещё и тем, что в столь поздний час поклонник Джестибелль не развлекался праздным бездельем, как большинство его сограждан, и даже не почивал в своей постели, а старательно работал над непонятными чертежами, обложившись тоннами вспомогательной литературы. Впрочем, из всей троицы, собравшейся в просторной зале, непонятными чертежи остались лишь для Джестибелль.
- Считаешь, ЭТО полетит? Впервые вижу двигатель, работающий на мармеладе, – недоверчиво заключила Скарлет, на что Джокстер лишь широко улыбнулся, оголяя металлический ряд зубных брекетов.
- Ещё пять минут, милые дамы, и всё будет готово!
- Надеюсь, мы тебя не сильно беспокоим, Джо-оки? – протянула Джести.
- Что ты, о прекрасный цветок! – Собственное имя, сошедшее с уст любимой, заставило глаза умника светиться шахтёрскими фонариками, значительно прибавив его действиям энтузиазма. – Для тебя я готов на всё, о бутончик розы!
Действительно, через оговоренное время агрегат, чем-то отдалённо напоминающий ощипанную птицу или очень несчастную летучую мышь, был готов к работе. Пока Джокстер заправлял бак сладким разноцветным «горючим», Скарлет удалось усадить неугомонную мокуэрку на заднее сидение, а самой занять место рядом с пилотом. Этим она надеялась исключить сразу две возможные проблемы: «лучше я полюбуюсь на Джести-прекрасный-цветок, чем на приближающуюся скалу» с одной стороны и «ах, какая кнопочка, можно я её нажму, ой, уже нажала…» с другой. Как только Джестибелль оказалась как можно дальше от пульта управления, а Джокстер – от Джестибелль, летательный аппарат стал готов к отправлению. Поначалу машина немного выкаблучивалась, плюясь разноцветным дымом и шипя с чистым пирентийским акцентом, но потом всё же взялась за ум и, оторвавшись от земли, взмыла ввысь.
На улице была ночь, что в городе мокуэров означало переход от веселья вне помещений к развлечениям внутри оных. Для наших же путешественников это интерпретировалось как полное отсутствие лишних глаз, что было расценено как знак положительный.
После обильных вечерних событий не в меру впечатлительный мозг Джестибелль испытывал перегрузки, поэтому экс-танцовщица забылась сладким сном уже спустя первые пять минут полёта. Боковым зрением Скарлет отмечала, что пилот, кажется, тоже клюёт носом. Пирентийка вполне могла войти в его положение, поскольку знала на собственном опыте, что обильное ночное чтение скорее способствует засыпанию, нежели запоминанию информации. А вот её в сон не клонило совершенно – эмоциональное потрясение, отгороженное волевой заслонкой, металось в отведённом ему уголке подсознания, как дикий зверь, запертый в клетке, и отчаянно стремилось вырваться наружу.
- Джокстер, может, лучше я поведу?
- Ыгм… - пробормотал парень, сдерживая зевок. – А ты разберёшься?
- Ну, если дедсадовские рисуночки на доске в твоей мастерской соответствуют действительности, то уже разобралась.
- Тогда давай, - безропотно согласился полусонный мокуэр, пропуская мимо ушей шпильку о «рисуночках».
- Меняемся.
Цепляясь за спинки кресел, своего и водительского, Скарлет перелезла на место соседа через верх, а самого мокуэра грубо протолкнула на освободившееся сидение. Нескладный самолётик, который хозяин почему-то назвал «Стрекоза-Убийца»*, на секунду остался без управления и слегка накренился вниз, но спрыгнувшая со спинки кресла Скарлет вовремя вцепилась в штурвал и выровняла ход летательной машины.
- Отлично, - успокоился Джокстер, - теперь можно и вздремнуть.
Следя за горизонтом, Скарлет зажмурила правый глаз – одного стекла в очках по-прежнему недоставало, а информация о мутном пятне, транслируемая этим оком в мозг, только мешала делу. Страсть как хотелось курить, но начинающийся дождик, косые капли которого забирались под навес из крыльев «Стрекозы-Убийцы», грозил намочить сигареты. Осмотревшись на предмет выступов ландшафта и случайных воздушных объектов, в которые можно по неосторожности врезаться, и не обнаружив таковых, Скарлет на мгновение прикрыла глаза. В тот же миг заслонка, отгораживающая беспокойные переживания, была прорвана, и огромный взъерошенный зверь, беснуясь от долгого заточения, в один прыжок добрался до сердца и вонзил в него свои когти. Перед глазами поплыли картинки одна болезненнее другой: вот заботливая мамочка снаряжает свою дочь на практику в другой город, а та тихонько плачет, ибо боится, что правосудие Сына Звёзд доберётся до её родного пирентийского края раньше, чем она вернётся домой; вот седоусый профессор насмехается над ней, обвиняя в трусости, тогда как она просто хотела открыть всем глаза; вот маленькие детки-тарчики бегают по улицам и смеются, не ведая, что поблизости затаился неведомый хищник, готовый разорвать их в клочья, и нет от него спасения; вот мальчик, что ей очень нравился, Саламандер, который просит называть его «Сэл»… СЭЛ. Воспоминания, связанные с этим пирентийцем, разлились кислотой в области солнечного сплетения и, ошпарив грудную клетку, поползли вверх по горлу, оседая комком, и выше, мерзко царапая нос и глаза. Убедившись, что никто не смотрит, Скарлет позволила солёным каплям неторопливо ползти по щекам. Если проснётся Джокстер или Джестибелль, она спишет это на дождь.

* В первой версии фика «Dragonflurderer» не переводился =)

***
Утро в замке злодеев обычно начиналось бодренько – Шмок, «жаворонок» по натуре, уже в пол-седьмого не давал ребятам соскучиться при помощи своей мелодичной чудо-трубы. В те разы, когда мокуэр особенно старался, эхо замка делало веселье доступным даже Морхану и Веранде. Поэтому все очень любили озорного шутника и выражали это прекрасное чувство нанесением трубачу телесных повреждений. Этим утром жёлтый гадик получил всего лишь пять затрещин, что вызвало у него резонный логический вывод: в комнате явно кого-то недостаёт. Как выяснилось после переклички, не хватало БигЭго.
- Может, он помер? – предложил пессимист. – Говорят, стрессы укорачивают жизнь. А если учесть, что он вожак, то стрессов у него должно быть предостаточно.
- Не, иначе бы он лежал здесь, - резонно возразил Бобард. – Трупы же не ходят.
- Или ходят? Ай! – пискнул задрожавший Тремблотт, ныряя обратно под одеяло и заворачиваясь в него с головой.
- Может, вы пойдёте и поищете его? – зевая, предложил Ронфлетт. – А я пока досмотрю свой сон.
- Да все вы придурки, - буркнул Вирус и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Это было справедливо расценено как призыв к действию, и разноцветная шестёрка тарчей отправилась на поиски своего предводителя.
БигЭго обнаружился у себя в мастерской корпящим над какой-то новой махиной непонятного назначения. Агрегат был похож на обычный пылесос, только очень большой и какой-то неправильный.
- Знакомьтесь, «Поглотитель»! Поглощает что угодно! – представил своё детище пирентиец. Товарищи по команде отнеслись к «Поглотителю» довольно уважительно, а Шмок даже обменялся шуточным рукопожатием с его трубой.
- Нафига? – коротко и ясно вопросил Вирус, кивая в сторону пылесосоподобного сооружения.
- А затем, чтобы поймать Сына Звёзд и навсегда от него избавиться! – БигЭго заговорщически подмигнул. – Наша дорогая Веранда была очень расстроена вчерашним вечером, а погибель лютого врага обязательно поднимет ей настроение.
- И как эта штука работает? – потирая подбородок, решил уточнить Бобард.
- План такой. Мы выслеживаем Сына Звёзд, незаметно к нему подкрадываемся, засасываем его в «Поглотитель» и сразу же убегаем как можно дальше. Машина-то одноразовая, она запрограммирована так, чтобы взорваться сразу после того, как наполнится!
После серии одобрительных кивков хитрый девайс для удобства транспортировки был прикреплён к Поганке, и разношёрстная команда, усевшись по свом местам, отправилась в путь.
Несмотря на ливень, не прекращавшийся всю ночь, небо к утру распогодилось. Солнце вышло из-за туч, наложив мягкие блики на блестящие от влаги травинки и лепестки, сырая земля начала подсыхать, а в воздухе прочно повис запах озона. Это заметили местные птички и поспешили обменяться радостными трелями. А вот Меллоу заметил кое-что другое.
- Мне кажется, что мы, к сожалению, не единственные, кто решил полетать этим утром, - подытожил синий гадик, указывая на странный летательный аппарат, движущийся им навстречу, то есть, в сторону замка Морхана.
- Проверь, - приказал БигЭго, обращаясь к Бобарду. Торнеболлец припал к биноклю, на ходу настраивая резкость.
- Машина – ляпистая ерундовина, каких свет в жизни не видывал, - начал отчёт Бобард. – В салоне, кажется, двое, и ещё сверху кто-то прыгает…
- Подкрути увеличение, дубина! – рявкнул Вирус, сопровождая комментарий увесистым подзатыльником.
- Сам знаю! – отозвался Бобард, отвечая на жест товарища символическим рукоприкладством. – Это девчонка, и она… - торнеболлец сделал паузу, пододвигаясь поближе, - Ого-го…

С тех пор, как проснувшийся Джокстер вновь взял управление «Стрекозой-Убийцей» в свои руки, прошло около часа, и Скарлет занималась тем, что перечитывала записи в блокноте, с которым никогда не расставалась. От сего увлекательнейшего занятия её отвлёк восторженный писк Джестибелль.
- Смотри, смотри, это ОНИ!!
- Кто – они? – недовольно уточнила пирентийка. Ей очень не нравилось, когда её отвлекали от чтения.
- Как кто? Это же ГАДИКИ!
- И что? – таким же бесцветным голосом изрекла Скарлет.
- Ну как же! – не унималась Джестибелль, истово хлопая в ладоши. – Это же ТЕ САМЫЕ семь тарчей, которым разрешено находиться в замке самого Морхана, и которые…
- Мы тоже скоро будем находиться в замке-самого-Морхана, - перебила пирентийка. – И лучше бы, чтобы никто посторонний об этом не узнал, так что давай-ка без блаженных истерик и привлечения к себе лишнего…
- ПРИВЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!
- … внимания. Джестибелль, ты меня не поняла? – закончила Скарлет, и самолёт тут же качнуло в сторону.
- Как она туда забралась? – ошалело обратился к девушке Джокстер, указывая на текущее местоположение Джестибелль. Мокуэрка вскарабкалась прямо на крылья «Стрекозы-Убийцы», крепившиеся сверху навесом, и, истошно крича и размахивая руками, прыгала на них, ничуть не боясь слететь вниз. Очередной прыжок жёлтой озорницы вновь заставил самолёт потерять балансировку.
- О, прекрасный цветок, ты не могла бы посидеть смирно, а то самолёт не выдерживает! – взмолился Джокстер.
- Да, цветок, поменьше тряси там своими… эм, початками, а то они ударят тебя по лбу и вышибут последние мозги, - присоседилась Скарлет.
- А пусть другой цветок моим початкам не завидует, со своими-то… вислоплодниками! – раздалось сверху. Ответ сопровождался счастливейшим хихиканьем. – Я уже подробно вижу Поганку! Ой, там из неё кто-то выпал…
- Ух ты! Первая жертва «Стрекозы-Убийцы»! – вдохновенно продекламировал создатель летательного аппарата.
- Смотри, куда самолёт сажаешь, гений, а то вторая жертва на горизонте. – Это Скарлет тонко намекнула на Веранду, решившую отправиться на утреннюю прогулку. Откуда принцесса могла знать, что именно на эту площадку Джокстер надумал совершить посадку на своём изобретении? Надо отдать Веранде должное: она не свалилась в обморок после первой секунды разглядывания нелепой механической махины, несущейся прямо на неё. Принцессы хватило на три секунды.
После приземления, которое, к счастью, обошлось без жертв, Джестибелль была оставлена с отключившейся Верандой, Джокстер отправлен в замок искать нашатырный спирт или, на худой конец, чьи-нибудь грязные носки, а Скарлет решила сразу же приступить к выполнению намеченной задачи.
Среди путаных промозглых коридоров и комнат, освещённых неверным светом факелов, найти покои Морхана было довольно сложно. Скарлет лишь могла предположить, что волшебник с гипертрофированным эго скорее всего изберёт себе комнату где-то в центре замка. К счастью, логика не подвела девушку и в этот раз. Ещё эта логика подсказывала, что немного порванное платье и разбитые очки – не самые лучшие помощники в расположении к себе собеседника, но отступать было бессмысленно. Глубоко вдохнув, Скарлет постучала в покои чародея.

***
- И где же мы собираемся его искать? – вопросил зелёный представитель разноцветной семёрки.
- Ясно где, в районе города торнеболлов, - отозвался БигЭго. – Сын Звезд уже закончил с четырьмя не нашими народцами и, судя по его последнему месторасположению, ближе всего добрячкам добираться до родины Бобарда, - большеголовый гадик кивнул в сторону напарника. – Не думаю, что нашей будущей жертвой станут двигать какие-то иные соображения.
- Ребята… - тревожно прошептал Тремблотт, - Ребята, вы чувствуете?
- Что? – осведомился Мэллоу.
- ЗАПАХ… - ответил Трем, вжавшись поглубже в свою лунку в Поганке и выпучив глазки. – Этот ЖУТКИЙ запах…
- Да, есть немного, - поддержал тему Шмок. – Но по сравнению с дыханием Вируса это пустяки!
Оскорблённый поллюр, ясное дело, не стал спускать обиду просто так и принялся рьяно колотить беспардонного насмешника. Тот был совершенно не против драки и тоже пустил в ход кулаки. Узревший баталию Бобард мигом оживился и поспешил присоединиться просто потому, что нанесение окружающим разного рода увечий грело ему душу.
- Мэллоу, сделай с этим что-нибудь! – заголосил БигЭго. – Мэлоу?!!
- Ах, этот запах, дух родного болота! – лопотал пессимист, утирая подолом слёзы умиления. – Дом, милый дом, как давно я там не был!
- Тремблотт! – позвал пирентиец, отчаявшись достучаться до ностальгирующего пессимиста. Но здесь он тоже особого успеха не добился, поскольку насмерть перепуганный троуллард забился в свою дырочку и наотрез отказывался вылезать наружу.
- Ронфлетт! – БигЭго использовал третью попытку. В этот раз результат был получше двух предыдущих. Ронфлон проснулся, и это было уже что-то. – Ронфлетт, разними эту троицу!
- Не могу, - спокойным голосом отозвался золотистый гадик, - они меня не послушают.
- Тогда сделай что-нибудь с этой вонью, сил моих больше нет её терпеть!
- Хорошо, - так же спокойно ответил ронфлон, без задней мысли активируя «Поглотитель». Такие действия со стороны товарища по команде заставили глаза БигЭго увеличиться до размера чайных блюдец.
- Идиот!!! Ты что сделал?!!!! – заорал пирентиец.
- Ты же сам сказал, что эта штуковина поглощает что угодно! – возразил ронфлон.
- А ещё я сказал, что после наполнения она ВЗРЫВАЕТСЯ!! – бесновался Эго. – Чем ты слушал, кретин?!!
- Я заснул где-то после слов «незаметно подкрадываемся», - честно признался Ронфлетт. – Что теперь поделаешь, придётся прыгать.
- Что?!! – отвлёкся от драки Бобард. – Я уже один раз сегодня прыгал, больше не хочу!
- О нет, мы все умрём!! – подбодрил друзей пессимист.
- Смотрите, там, внизу, Сын Звёзд с товарищами! – выкрикнул Шмок, тыча пальцем куда-то вниз.
- Да какая теперь к чёрту разница, ПРЫГАЕМ!!! – завопил БигЭго, и семеро тарчей, слёзно надеясь на способности левитации, сиганули вниз. Секундой позже то место, где пролетала Поганка, сотряс страшный взрыв.

- Что это? – удивлённо спросил Ден, указывая на клубы чёрного дыма в небе и пикирующий из них подбитый летательный аппарат.
Спутники сына звёзд непонимающе переглянулись и, бросив думать о странном явлении, продолжили путешествие в сторону города торнеболлов.

***
Так и не дождавшись ответа, Скарлет вошла внутрь. Каменные стены помещения совершенно не сохраняли тепло, только промозглую сырость, поэтому пирентийку била лёгкая дрожь. Несмотря на то, что тоненькие струнки её нервов натянулись до предела и были готовы вот-вот порваться, Скарлет приказала себе расслабиться, чтобы, не дай бог, дрожь от холода не была интерпретирована как трепет от страха. Конечно, пирентийка очень боялась, боялась так, как не страшилась никогда в жизни, но умом она сознавала, что любое внешнее проявление страха может послужить ей смертным приговором.
- З-здравствуйте, м-моё имя Скарлет, - скомкано представилась девушка.
- Мне нет до этого дела. Убирайся, - Это явно сказал Морхан, но пирентийка не видела его. Казалось, голос гремел со всех сторон, сжимая в металлические тиски и подавляя волю слушателя. «Что ж, сейчас или никогда!» - решилась девушка, собирая в кулак всю свою волю.
- Меня зовут Скарлет, - куда более уверенно повторила она. – Я прилетела сюда издалека, прилетела по делу, поэтому Вы меня выслушаете. Кажется, я знаю, как решить проблему с сыном звёзд. – Выдержав паузу, чтобы убедиться, что никто не собирается её останавливать, пирентийка продолжила. – Ведь по сути, если разобраться, звёздный юноша – всего лишь своеобразный способ активации оружия, в то время как реальную опасность представляют лишь волшебники, от которых и зависит дальнейший ход истории. Соответственно, шансы на выигрыш есть у тех, на чьей стороне эти самые двенадцать древних магов. То есть, моя идея заключается в том, чтобы в случае освобождения очередного волшебника попытаться переманить его на свою сторону. Методом убеждения, конечно, - добрячки зачастую ведутся на пафосные речи. Нет, не думайте, я не предлагаю изменить способ существования тарчей! Для моего плана подойдут даже ложь и фальсификации, главное – найти хорошее зелье иллюзий…
- Ты смеешь меня поучать?!! – взревел голос, а вместе с ним прямо перед Скарлет материализовался и его обладатель. Морхан был раз в двадать выше и в миллион раз сильнее, а исходившая от него аура неприкрытой агрессии могла уничтожить в мгновение ока. Но на лице пирентийки не дрогнул ни один мускул. Лишь побелели костяшки пальцев, ещё сильнее сжавших подол платья. Такая реакция со стороны большелобой девушки вызвала у Морхана усмешку.
- Смотрю, ты либо очень отчаянная, либо вконец отчаявшаяся, - уже более спокойно подытожил чародей. – Но, сожалею, твоё предложение не смогло меня заинтересовать. Я не действую методом убеждения, созданным добренькими творцами, и не собираюсь оказывать поддержку тем, кто этот способ использует. Так что иди прочь, покуда цела.
Не став испытывать судьбу, Скарлет развернулась и пошла прочь, прислушиваясь, как стучат по каменному полу деревянные гэта. Ритмичный звук собственных шагов помогал ей сосредоточиться на том, чтобы не взвыть от досады. План, который казался ей идеальным, в глазах Морхана не стоил и выеденного яйца. А весь этот путь, страдания, через которые пришлось пройти… Пирентийка зажмурила глаза, в который раз за утро сортируя свои мысли, и… почувствовала, как что-то чужое вторгается в её мозг. Что-то или кто-то.
«Я не собираюсь тебе помогать, - раздался голос внутри головы, - Но знаю того, кто станет, если его уговорить. Как раз попрактикуешься в искусстве убеждения». После саркастической шпильки последовал телепатический образ карты с указаниями, как добраться до нужного места, затем вторгшийся разум отступил, и соединение с ним прервалось. Почему-то, несмотря на очевидность факта, у Скарлет не было чёткой уверенности, что информация исходила именно от Морхана, но других соображений относительно поиска зелья иллюзий у неё всё равно не было. Поэтому девушка решила слепо последовать этому совету.
Во дворе Джокстер пытался втолковать пришедшей в себя Веранде, какого лешего его самолёт делает на чужой территории, тем более во владениях Морхана, а Джестибелль бегала вокруг них вприпрыжку, мешая сосредоточиться на беседе. Эта картина маслом отчего-то заставила Скарлет улыбнуться. И, хотя она не имела ни чёткого плана действий, ни хотя бы примерного представления о том, куда же приведёт её путь, который она избрала, юная пирентийка чувствовала, что это будет началом чего-то невероятного и никто в мире её не остановит.

@темы: Омер и сын звёзд, весело

URL
Комментарии
2009-04-25 в 11:11 

^_*
Мар, это потрясающе!!!:red: Супер-гениально, мне ужасно понравилось. Начало истории наконец то ракказало каких звезд сын День:laugh:, и как все насалось, а то, что дальше - это вообще прекрасно:inlove: Терчи самые лучшие существа:hash2:

2009-04-27 в 16:14 

Я в восторге!!!
Так смешно, и интересно, и все герои так здорово подхвачены! А Морхан такой замечательный получился - непризнанный 13-й волшебник, как 13-й знак зодиака :)
Большое спасибо!

2009-04-27 в 20:29 

Хочется не фигни поменьше, а годноты побольше.
Buster T огромное спасибо =)
Во время написания фика (ещё первого, удалённого варианта) в нашем доме в квартире напротив жил квартирант Ашотовой национальности, который всегда здоровался "Добрий утро", "добрий вэшэр" и "добрий дэн". Вот отсюда прикол и повёлся, всё из жизни =) Йес, круче тарчей в мире нет!

something_fishy взаимное спасибо =)
Вот ради таких отзывов и стоит вообще что-либо писать)) Постараюсь не разочаровать в дальшейшем!

URL
   

.::orangefiction::.

главная